irondragonfly (irondragonfly) wrote,
irondragonfly
irondragonfly

Category:

Озверелый ветер со свистом и всхлипом втягивался в щель меж двух домов. Густой и вязкий как студень, он залеплял лицо, не давая ни видеть, ни слышать. Прежде мне казалось, что ветер – это всё же воздух. Нет. Ветер – это ветер, и дышать им было невозможно, проще научиться дышать под водой или зарывшись в песок.

Он то круглился змеиными изгибами, то ощетинивался шершавыми гранями, бросался в штыковую атаку и рвал с плеч пальто. А то просто горстями швырял в лицо снег, больше похожий на битое стекло. 

Дойдя до угла, я вдруг пошатнулась и едва устояла на ногах, вывалившись из огромного ветра. Здесь было затишье. Сумасшедший чёрныё ветер носился в шаге от меня. Я торопливо вдохнула перемёрзший воздух. Воздух оказался колючим, жёстким, дышать им было больно. Облачко моего дыхания, живого тепла, немедленно побелело и растаяло.

Ветер истошно взвыл. Он на время упустил добычу, но явно собирался отыграться за эту минутную передышку. Делать было нечего: согнувшись и зажмурившись, я вошла в него – так кидаются в рукопашную.

Ветер налетел сразу отовсюду. Плюнул в глаза снежной крупой. Пихнул в спину.  Сунул меж пуговиц пальто ледяные пальцы, шаря по рёбрам. Сбил с головы берет , взметнул волосы, хлестнул по губам холодными спутанными прядями. Пытаясь сохранить равновесие, я вытянула руку вперёд. Тугое тело ветра с усилием текло сквозь пальцы, одно щупальце с готовностью скользнуло в рукав. Не знаю, как, но я шла.

Вот тогда я и увидела Собаку. Наиобыкновеннейшая дворняга, в меру облезлая. Она трусила, чуть раскачиваясь, и опущенный клокастый хвост мотался в такт. На острой морде застыло обычное для таких собак выражение – и брезгливое, и виноватое одновременно.

Пройденный путь дался мне нелегко, но кое-чему научил. Я сразу поняла, что эта собака невозможно, невообразима при такой погоде: тощая псинка рысила, развесив мягкие бесформенные уши, и… не колыхалась свалявшаяся жёлтая шерсть, не сыпало в морду снегом – он даже не щурилась и явно никуда не спешила. И впереди, и позади вихрились маленькие смерчи, пласталась по земле мёртвая газонная трава. Над собачьей головой пронёсся шальной клок газеты.

Итак, Собака бежала себе, я едва шла, коченея и недоумевая, ветер  торжествовал. «Собака!» - позвала я деревянными чужими губами. Получилось сипло. Собака, однако, услышала, приостановилась, оглядываясь.

- Соба-а-а-а-а-ка, хорошая собака, - сказала я.

- Уф, - сказала Собака, подходя ближе.

Подошла, чуть шевельнула хвостом, выражая осторожное дружелюбие. Негнущимися пальцами я почесала ей за ухом. Грязная шерсть оставила на пальцах неприятное ощущение, но Собака была очень тёплой – я присела и погладила её ещё раз, и второй рукой тоже.  Собака зажмурилась от удовольствия и даже сделала движение, будто хотела лизнуть мне ладонь, но передумала.

Так мы смотрели друг на друга, и ветра не было вокруг нас.

Но мне надо было идти. Я выпрямилась. Собака глянула на меня, тряхнула ушами и с готовностью шагнула вперёд. Мы пошли.  Ветер надсадно  хрипел, гнул чахлые кусты и лизал мёрзлые лужи, но нас он коснуться не мог, а мы шли, и я согревалась от ходьбы.

Пошарила в карманах. Отыскалась ириска, правда, всего одна. Я развернула её, и, подумав, отъела половину. Вторую протянула Собаке. Та деликатно, кончиками зубов, приняла конфету, но сглотнула её, почти не жуя.

У подъезда Собака вдруг остановилась. Я распахнула дверь, приглашая внутрь. Собака поскребла ногой шею, пугая блоху. Затем повернулась и потрусила назад.

- Собака, Собака! – завопила я.

Собака, не оборачиваясь, пару раз качнула хвостом.

Так и вышло, что я поднялась к себе одна. Скоро на плите запел чайник, утверждая торжество уюта и тепла. С каждым глотком таяла память о ледяном и чёрном ветре. И о Собаке тоже. В конце концов, собака – она собака и есть. Кто ж их  разберёт, собак-то?
Tags: сказки
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments